0

Красная комната. Часть 1

Четыре года назад я, как и большинство современных молодых людей, училась в вузе.
Филологическом. В том самом, где если и затешется случайно студент мужского пола, будет он единственным на группу, а то и на поток.
Миша был как раз таким – единственный парень на все русское отделение (а оно, на минуточку, включало в себя 63 студентки).
Сначала он жил в общаге, а потом нашел работу, появились деньги, и он быстренько переехал на съемную квартиру.
Первое время он безумно этому радовался, рассказывал истории о том, как по вечерам изучает хлам, оставшийся от прошлых жильцов, и там попадаются забавные штуки, он таких и не видел никогда, даже на картинках, да и вообще ловил кайф.
Еще бы, от комнаты, которую он нашел, до основного здания института идти всего на пять минут дольше, чем от общежития, но жить в собственном доме куда комфортнее.
Мы всей группой по-белому завидовали ему – особенно утром, когда стояли в очереди в душ. Само собой вспоминалось, что Мишке-то в таких очередях стоять не надо, он спокойно может позволить себе поспать лишних полчаса.
Пару месяцев он действительно выглядел так, будто спит даже не половину, а целых три-четыре лишних часа, на пары всегда приходил вовремя и выспавшимся.
В отличие от всех нас.
Потом он стал частенько забивать на занятия, опаздывать, не готовиться к семинарам и не писать лекции. Однажды, когда он все же явился на зарубежку и сел со мной рядом, я заглянула в его тетрадь – не успела записать последний преподавательский тезис и хотела сдуть его у Мишки, благо скорость письма у него всегда была выше, чем у меня.
И что вы думаете? В его тетради не было ни слова о поэтах Озерной школы.
Вместо того чтобы конспектировать, Мишка рисовал в тетради огромную, на 2 листа, женскую фигуру. То есть, я так думаю, что женскую – на самом деле ее лицо, тщательно выведенное синей пастой, было словно скрыто вуалью.
Рисунок производил неприятное впечатление, и я постаралась как можно скорее о нем забыть. Подумала, это ребячество, что-то вроде того, как мой одноклассник Максим когда-то рисовал на уроках танцующих скелетов в различных позах.
Потом пришла сессия. Троих девчонок отчислили. Мишка тоже был на грани отчисления – помогло то, что в зимнюю сессию он произвел очень хорошее впечатление. Поэтому ему разрешили перенести все его «хвосты» на осень – дали возможность летом подготовиться…
Однако, когда он явился в институт в начале сентября, Мишка меньше всего походил на прилежного студента. Он как будто даже постарел – еще в прошлом году казался нашим ровесником, а в этом был словно на пять лет старше.
Мы – да и преподаватели тоже – решили, что все дело в наркотиках, но, когда задали ему вопрос в лоб, он стал все отрицать. «Это другое». «Вы не поймете».
Экзамены он тем не менее пересдал, видимо, летом правда что-то учил.
Однако можно сказать, что проблемы Миши только начались.
Он все чаще приходил на пары, совершенно явно не понимая, на каком он свете, несколько раз мы ловили его на том, что он не знает, какой сегодня день, пару раз он приходил в институт в воскресенье, а в будни не являлся, потому что «думал, что выходные».
У него возникли серьезные проблемы с деньгами – работу он, конечно, потерял, но от предложения отказаться от квартиры и вернуться в общагу просто впадал в истерику.
Связался с какими-то бандюганами — как я теперь понимаю, он занимал у них в долг, чтобы платить особенно принципиальным преподавателям, которые говорили, что за его знания могут поставить только «неуд», и хозяевам квартиры, выселяться из которой Мишка не хотел ни в какую.
В конце концов они начали за ним охотиться, требуя назад свои деньги.
Мы предлагали другу помощь, даже деньги в группе начали собирать – без толку.
Миша отказался. Заявил, что разберется со своими проблемами сам.
Странно, но он успешно ускользал от кредиторов аж до зимы – если тем не удавалось выловить его на парах и между пар (в универ Мишка являлся редко, так что людей, которым он задолжал, мы видели куда чаще его самого), то дома его тем более застать не получалось.
То ли он выходил из квартиры через какой-то черный ход, то ли оставался дома, но игнорировал любые звонки – хоть по телефону, хоть в дверь.
Как там было в рекламе? «Пусть весь мир подождет»?
Сама помню, что если Мишка зашел к себе в квартиру, то выудить его оттуда не удавалось никогда. Хоть час стой у двери. Хоть обзвонись.
Мы долго удивлялись этому, но думали, что он просто никогда не открывает дверь. Из принципа…
После Нового года терпение у его кредиторов лопнуло. Я как раз заглянула к Мишке, занести билеты к экзамену, который должен был состояться через три дня.
К тому времени Мишка стал выглядеть еще старше, и теперь был похож скорее на отца кого-то из нас.
Было видно, что и учеба его не интересует, и на экзамен он может не явиться, но билеты он попросил, и я не могла не ответить на его просьбу.
Подходя к его дому, я заметила Мишку в нескольких сотнях метров впереди – я громко позвала его и побежала, пытаясь его настичь. Видимо, не услышав зов, он вошел в подъезд. Следом за ним вошли двое мужчин, лиц которых я не разглядела…
Поднявшись до Мишкиного третьего этажа, я увидела, что а) это как раз те люди, кому он был должен и б) они настроены серьезно – раз они не успели поймать его прежде, чем он вошел в квартиру, они стали выламывать дверь.
Что и произошло. Мужчины сломали дверь Мишкиной съемной квартиры и зашли туда.
Только там уже не было никакого Мишки, что странно – я же сама видела, что несколько минут назад он пришел домой…
А на следующий день от него пришло письмо – и это был последний источник инфы о Мишке. Письмо было длинным и было больше похоже на дневник – хронику одинокого существования нашего однокурсника.
Несколько не самых важных частей, посвященных восторгам по поводу новой квартиры, я пропущу. Скажу только, что дата у письма была странной — сначала я заметила только, что отправлено оно ровно через две минуты после того, как Мишка скрылся за дверью подъезда (еще удивилась, как это он так быстро его послал, он мог не успеть его отправить, даже если оно уже лежало в черновиках).
Потом подметила и другое. Год отправки не соответствовал нашему — указан был уже 2039 год… Правда, это меня не так уж и удивило — я подумала, что Мишка просто подправил дату на своем компьютере.
Делают же некоторые энтузиасты Fallout так, что отсчет у них ведется с 23 октября 2077 года, а фанаты русской истории, случается, ставят на компе дату не от Рождества Христова, а от Сотворения мира. И ничего, нормально.
Я подумала, и в этот раз что-то похожее.
Считала так до тех пор, пока не заметила адрес электронной почты.
Misha@infinity.hl.
Infinity? Бесконечность? Это что за почтовый сервер такой? А что случилось с его старой почтой на рамблере?
А hl… Зашифрованный hell?
Вот они, отрывки из Мишкиного дневника.
То, о чем он рассказывает, слишком невероятно, но все же объясняет все, что с ним случилось…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *